Warning: file_put_contents(./data/modules/stat/logs/log.2023-04-01.txt) [function.file-put-contents]: failed to open stream: Превышена дисковая квота in /var/www/u0707439/data/www/leonid-doroshenko.ru/data/modules/stat/_stat_52.php on line 175
Медитация: здравствуй, сердце!

Медитация: здравствуй, сердце!

Медитация: здравствуй, сердце!

Когда я рассказываю о методе вариабельности сердечного ритма (ВСР), то в ответ часто слышу: «Я гуманитарий, мне это трудно понять». Действительно, людям с гуманитарным складом ума трудно даются точные науки, поэтому, чтобы облегчить им понимание языка математики сердца, я предлагаю использовать специальный ритуал.

Я его придумал ещё в те годы, когда только-только сам начинал осваивать метод ВСР, но использую до сих пор. Я интегрировал в метод ВСР медитацию и считаю, что этот подход будет особенно полезен тем, кто уже и так занимается медитацией. Если говорить прямо, я уверен, что соединение медитации и метода ВСР откроет новую главу в светских созерцательных практиках и обогатит сам метод ВСР. В общем, ни медитация, ни ВСР, заключив этот союз, уже не останутся прежними.

Медитация и визуальный анализ

В конце своей предыдущей статьи «Вариабельность сердечного ритма и медитация» я уже рассказал о том, что, прежде чем приступить к анализу сердечного ритма, я всегда в течение 30–60 секунд любуюсь на кардиоинтервалограмму. А в этой статье я продолжаю свой рассказ об этом важном ритуале, предваряющем анализ ВСР. Он помогает выйти за ограничения ума и найти новые нестандартные подходы к анализу сердечного ритма.

Этот ритуал я назвал «Медитация: здравствуй, сердце!». Если им заниматься регулярно, то он заряжает энергией почти как Сурья намаскар — здравствуй Солнце! Сердце — это же наше внутреннее солнце, снабжающее весь организм жизненной энергией. И оно очень хорошо откликается на мысленный посыл добра. Говоришь ему «Здравствуй!», оно и здравствует: импульс добра, направленный сознанием в сердце, усиливается в нём и упругими волнами расходится по всему телу. И в этом состоянии наполненности энергией и спокойствием можно переходить к анализу. Причём не сразу к математическому анализу, а сначала к визуальному анализу записи сердечного ритма, а уже потом к математическому.

В прошлой статье я уже приводил пример, как меняется ритм сердца в момент раздражения. Но тогда я не стал проводить анализ, а лишь продемонстрировал, как резко может меняться ритм сердца при смене эмоционального состояния. Раздражение — достаточно сильная эмоция, она послужит нам и на этот раз в качестве наглядной иллюстрации, но теперь изучим её всесторонне. Для начала предлагаю насладиться визуальным анализом.

Как-то это немного извращённо прозвучало… насладиться раздражением. Но с другой стороны, нельзя же всё время стыдливо избегать негативных чувств и выдавливать их в тёмные области подсознания… Так что давайте учиться любоваться любыми проявлениями жизни, тем более что наслаждение и раздражение — это лишь две грани одной медали.

Вот две уже знакомые нам ритмограммы.

Это запись ритма сердца 30-летней женщины, находящейся в спокойном состоянии.

А эта запись сделана через несколько минут, в момент, когда она испытывала чувство дискомфорта при прослушивании неприятной для неё музыки. Что это за музыка, которая вызывает раздражение, я расскажу во второй части статьи. Это весьма поучительная история, но пока не будем на неё отвлекаться. Предлагаю всем читателям в первый раз провести ритуал приветствия сердца. Приветствовать нужно вообще любую запись сердца — как своего, так и других людей. В данном случае мы будем приветствовать сердце дамы, чей сердечный ритм будем анализировать. Давайте эмоционально поддержим её рассерженное сердечко. Сказать «Здравствуй, сердце!» можно и мысленно, чтобы не смущать окружающих. Затем в течение минуты просто любуемся на сердечный ритм, после чего переходим к визуальному анализу.

Наша задача — рассмотреть волновую структуру ритма.

С первой записью всё просто. Структура ритма не меняется на всей 5-минутной записи (она стационарна) и состоит главным образом из коротких волн длительностью примерно 2.7 секунды. Сам факт преобладания коротковолнового диапазона в общей волновой структуре указывает на преобладание вагусного влияния, то есть процессов расслабления. В первой части статьи я ограничусь описанием физиологического смысла. А к вопросу о том, какое ещё смысловое значение можно извлечь, анализируя сердечный ритм, я ещё вернусь в этой статье.

Чтобы лучше рассмотреть эти короткие волны, я увеличил масштаб, показав на оси абсцисс только одну минуту. В этом участке уместилось 22 волны.

Для визуального анализа ритмограммы программа Kubios HRV очень удобна. Самое удивительное, что многие коммерческие программы, предназначенные для анализа ВСР, имеют интерфейс, малопригодный для визуального анализа, а тут всё очень грамотно сделано. Наверное, причина заключается в том, что разработчики Kubios HRV писали эту программу под свои собственные нужды, а не под маркетинговые задачи. А когда спустя несколько лет появилась коммерческая версия Kubios, то вражеская рука маркетинга, конечно же, немного подпортила интерфейс, но главное, что визуализация ритмограммы осталась на высоком уровне, поэтому я считаю, что Kubios HRV остаётся на сегодняшний день самой удобной программой для анализа ритма сердца.

Переходим к анализу второй ритмограммы, и тут всё становится гораздо пушистей. Начнём анализ с самых длинных волн длительностью 25–333 секунд (VLF). С физиологической точки зрения, этот волновой диапазон отражает влияние очень многих механизмов регуляции, связанных с активностью ЦНС и эндокринной системы. Многие исследователи в принципе его отдельно не анализируют, так как сложно ассоциировать каждый всплеск в этом диапазоне с каким-либо конкретным, специфическим физиологическим процессом. Об этой проблеме и том, как то, что нельзя точно идентифицировать, превращается в ключ к целостному пониманию функционального состояния, я рассказывал в статье Динамический анализ ритма сердца и зигзагов судьбы в рамках биокибернетики, аюрведы, тибетской и китайской медицины. Там я рассказал как про подход А. Н. Флейшмана при оценке энергодефицитных состояний, так и про мой собственный опыт, где анализ VLF становится тайным, скрытым ключом к пониманию LF и HF. Но тем, кто только начинает знакомиться с моими статьями, лучше оставить эту ссылку на потом, а пока ограничиться простым объяснением, что усиление длинноволнового диапазона чаще всего указывает на то, что организм вынужден задействовать резервные механизмы регуляции.

Примечание. Начинать визуальный анализ можно с любых волн. Но в этот раз мне захотелось начать с длинных, затем перейти к коротким, а потом к средним. Я решил, что в данном случае так будет лучше, оставив всё самое интересное напоследок.

Я нарисовал вручную волнистую линию красного цвета поверх второй ритмограммы. Этой линией я «проявил» в сложном сердечном ритме длинную волну (среднее значение её длительности составляет 128 секунд). А на первой записи сердечного ритма, где женщина находилась в спокойном состоянии, эта волна настолько пологая, что вообще нет никакого смысла её отрисовывать, она будет почти не видна. В общем, на второй ритмограмме включение адаптационных резервов организма происходит в полную силу, а на первой резервы не задействованы.

С самыми короткими волнами длительностью 2,5–6,6 секунд (HF), отражающих вагусное (парасимпатическое) влияние, что связанно с процессом торможения, расслабления, всё просто. Если приглядеться, то легко можно заметить, что короткие волны на обеих записях очень похожи как по длине волны, так и по амплитуде. Отличие состоит лишь в том, что во второй записи они размещаются на гребне мощной и длинной волны, а на первой, поскольку длинноволновый диапазон очень слабый, мелкие барашки коротких волн идут почти по прямой. Вот и вся разница.

Я вырезал из двух записей небольшие кусочки и расположил рядом, чтобы их удобней было сравнить. Согласитесь, что исходный ритм сердца хорошо просматривается.

Так как первая запись стационарна и её анализ не представляет никаких сложностей, то далее сосредоточим всё внимание на записи растревоженного сердца.

Всё самое интересное тут происходит с волнами длительностью 6.6–25 секунд (LF), отражающими симпатическое влияние, что связанно с процессом мобилизации. Они налетают, как шквал, а потом затихают. Я выделил жёлтым прямоугольником одноминутный участок с самым сильным шквалом (средняя длина волны на этом участке составила 8.5 секунды). И для сравнения справа от него — более светлым жёлтым я выделил участок, где шквал полностью утих, там есть только барашки коротких волн поверх гребня нарастающей длинной волны.

Для выделения этих участков я использовал возможности программы Kubios HRV. Попутно я снова делаю презентацию её возможностей. В ней на ритмограмме можно выделить сколько угодно участков для математического анализа. Задаётся как начало, так и длительность каждого участка. Их размеры и положение можно регулировать как цифрами, так и перетаскивая мышкой. Программа Kubios HRV очень удобна для анализа сложных нестационарных записей и исследования динамики сердечного ритма.

Спектральный анализ

А вот спектральный анализ этих выделенных двух участков, слева со шквалом, а справа где затишье. Я специально сохранил одинаковый масштаб, чтобы было лучше видна сила налетевшего шквала (LF) — пик синего цвета на левом графике.

Обратите также внимание на динамику LF/HF (соотношение процессов возбуждения и торможения). Там, где налетел шквал — LF/HF=3.305, а где затишье — LF/HF=0.088. Разница в 40 раз! А абсолютные значения LF вообще выросли аж в 192 раза! Образно говоря, сила ветра во время этого шквала увеличилась почти в 200 раз. При этом шквал и затишье разделены лишь 30-секундным переходным участком.

Вот если бы я сравнивал две записи — в спокойном состоянии и в раздражении, беря их целиком, не выделяя отдельно участки шквала и затишья, то получил бы «среднюю температуру по больнице» и выявил бы лишь небольшое увеличение соотношения LF/HF — с LF/HF=0.54806 до LF/HF=1.7224, что можно было бы трактовать как увеличение уровня мобилизации в 3 раза.

Кстати, вот как раз и повод задуматься для любителей сравнивать полученные математические показатели ВСР с нормативами здоровья, предложенными американскими и европейскими исследователями HRV в 1999 году. Table 5. Normal Values of Standard Measures of HRV в качестве норматива предлагает соотношение LF/HF=1.5–2.0, а «средняя температура» в момент раздражения в рассматриваем примере, если смешать в кучу участки шквала и затишья (LF/HF=1.7224), как раз тютелька в тютельку угодит в середину нормы, что может привести к странной мысли, что эта женщина только будучи в состоянии сильного раздражения приходит в функциональное состояние, рекомендованное Рабочей группой Европейского кардиологического общества и Северо-Американского общества стимуляции и электрофизиологии. Ндя… и кто после этого извращенец?

Как говорится, лучше один раз увидеть, чем десять раз услышать. Надеюсь, что этот пример наглядно продемонстрировал значимость визуального анализа, проведённого перед началом каких-либо математических преобразований. А если бездумно скармливать программе записи сердечного ритма, то получим лишь «среднюю температуру по больнице».

Ругательно-лирическое размышление про ограничение ума, накладываемое естественнонаучной картиной мира

Обучая людей методу ВСР, я постоянно сталкиваюсь с тем, что люди, воспитанные в духе естественнонаучной картины мира, игнорируют визуальный анализ, исходя из логики, что компьютерная программа всё равно точнее вычислит мощность волн, чем человек это сможет сделать на глазок. В общем, слепое поклонение цифре делает людей слепыми.

Вместо того чтобы внимательно изучить запись ритма, люди пропускают этот этап и сразу начинают пытаться сравнивать полученные математические показатели сердечного ритма со среднестатистической нормой. Как правило, этот путь ведёт к разочарованию в методе ВСР, так как сердечный ритм весьма вариабелен. Я уже цитировал в своей прошлой статье следующие строчки из наших отечественных рекомендаций по ВСР: «…индивидуальный оптимум организма не всегда совпадает со среднестатистической нормой, поскольку однотипные адаптационные реакции протекают по-разному в соответствии с условиями, в которых находится человек, и в зависимости от его индивидуальных функциональных резервов».

И когда человек обнаруживает, что записи ритма сердца, сделанные с интервалом буквально в несколько минут, могут весьма существенно различаться, то впадает в ступор. А увидеть внутреннюю логику в этом кажущемся хаосе цифр могут только те, кто готов сделать маленькое умственное усилие, включить внимание и сначала разобраться в волновой структуре ритма, а уже потом изучать полученные цифры. Тогда становится всё понятно.

Парадокс заключается в том, что объектом исследования метода ВСР является именно ритмограмма, но мало кто на неё смотрит. И, как я уже говорил, даже разработчики многих программ для ВСР часто не придают этому значения. А разработчики Кубиоса являются приятным исключением на фоне сплошного цифрового безумия, охватившего весь мир.

Ещё одна проблема заключается в том, что принятая в научном мире манера изложения материала всё запутывает. Я помню, как я сам десять лет назад как баран на новые ворота смотрел на длинный список математических показателей сердечного ритма с указанием их физиологического значения и, пытаясь их вызубрить, думал о том, какие же головастые эти учёные, раз смогли так тонко во всём разобраться и так подробно расписать. Сейчас же я понимаю, что эти учёные, хоть и головастые, но мысли свои ясно излагать не умеют. И что на самом деле метод ВСР достаточно простой и понятный. И то, на понимание чего у меня ушло несколько лет, я теперь могу объяснить другим людям буквально за нескольких занятий. Конечно, я не могу втиснуть весь свой десятилетний опыт в один учебный курс, но объяснить общие принципы, чтобы у человека уже не возникал ступор, когда результаты нескольких записей будут сильно различаться, и чтобы он смог найти в этом кажущемся хаосе общие закономерности, совершенно реально.

Можно я ещё немного поругаюсь?..

По большому счёту, подавляющее большинство научных материалов по ВСР — это информационный мусор. Более того, многие методы анализа, которые сейчас используются, уже морально устарели, но исследователи упрямо делают вид, что они несут какую-то полезную информацию. Они вынуждены так поступать, так как при написании любой научной работы нужно ссылаться на труды, созданные предшественниками, которые, по объективным причинам, использовали более примитивные методики, чем существуют сейчас. И новые исследователи вынуждены использовать те же самые старые алгоритмы. А многие даже не понимают, что занимаются ерундой, искренне веря в то, что они творят науку. И чем дальше, тем больше растёт клубок этой глупости. И любой человек, начинающий изучать ВСР, вынужден окунуться в этот хлам, в котором он полностью запутывается.

Я пока не буду детально расписывать всё, что пора уже списать на свалку истории. Это тема отдельной обстоятельной статьи, которую я снабжу практическими примерами записей сердечного ритма, которые можно будет скачать, проанализировать, используя разные математические алгоритмы, и самостоятельно проверить каждый мой довод. Но если совсем кратко, то вся куча статистических методов (временной анализ) уже не представляет практической ценности. Особенно, про их существование стоит забыть всем, кто будет исследовать влияние медитации на ритм сердца, так как это очень грубые методы анализа и тонкие процессы сознания они не регистрируют.

На практике, 95% процентов прикладных задач лучше всего решаются с помощью соединения визуального анализа со спектральным. Плюс есть множество интересных математических методов для нелинейного анализа, но это слишком большая тема, пока её отложим, я лишь заострю внимание на том, что любой анализ нелинейного сердечного ритма в любом случае должен начинаться с визуального анализа ритмограммы. Нелинейность видна глазами!

Самое главное. Я хочу успокоить всех, кто примет решение освоить метод ВСР.

Когда вы начнете читать то, что пишут учёные, то ваши мозги закипят и вы подумаете, что это чудовищно сложно. Но не верьте ни учёным, ни своим закипевшим мозгам. Метод ВСР основан на очень простом теоретическом фундаменте. Освоить азы можно буквально за несколько занятий и сразу после этого начинать получать удовольствие от того, что сердечный ритм стал понятным. Естественно, что тонкие нюансы в сердечном ритме можно открывать до бесконечности, всей жизни на это не хватит, но если всю новую информацию укладывать на правильный фундамент, то она будет восприниматься сознанием органично.

Фундамент ВСР: два базовых правила плюс третье, о котором многие забыли

Давайте кратко пробежимся по правилам визуального анализа ритмограммы, чтобы сформировать правильный фундамент знаний о сердечном ритме. Прежде всего, нужно понимать простую мысль, что мы изучаем вариабельность сердечного ритма и эта вариабельность может быть большая и маленькая. Чтобы запомнить эту важную мысль, можно использовать присказку — ловись рыбка большая и маленькая.

  1. Увеличение вариабельности указывает на то, что организм способен задействовать много ресурсов для адаптации, а низкая вариабельность (ригидный ритм) — на отсутствие ресурсов. Визуально одно отличается от другого очень явно. Волны с большой амплитудой и волны с малой амплитудой. Попросту говоря, это высокие волны или ровная линия. Вот две крайности, в которых содержится суть метода. Научиться отличать эти состояния, причём визуально, не используя никаких математических методов, можно за пару минут и после этого смело считать, что половина фундамента уже есть. Можно переходить ко второй части.
  2. Чтобы нагнать волну, то есть сделать ритм сердца вариабельным, организму требуется приложить всего две силы. Представляете? Всю эту очень сложную и до конца непостижимую систему регуляции сердечного ритма можно свести всего к двум силам, действующим разнонаправленно — к мобилизации и торможению. И действие этих сил легко различается на ритмограмме. Правило очень простое. Волны длительностью меньше 6.5 секунд — торможение, расслабление. А всё что длиннее — мобилизация (главным образом 6.5–25 сек). Конечно, если быть скрупулёзным, то с длинными волнами всё немного запутано. Частично они связаны и с процессом торможения, но на практике, в большинстве случаев этим можно пренебречь (о том, когда нельзя пренебречь, я планирую рассказать в отдельной статье). Просто разделяем все волны на длинные и короткие. В итоге получаем простую схему. Это как плюс и минус. Ничего более. Научиться различать длинные и короткие волны в сердечном ритме тоже несложно, после чего можно сделать шумный выдох (сказать «Уф!») и поздравить себя с тем, что и вторая половина теоретического фундамента освоена и можно переходить к более сложным истинам.
  3. Следующий шаг. Возьмём за основу только что освоенную бинарную схему регуляции сердечного ритма и немого усложним её: выделим в ней два контура — центральный и автономный. Оба эти контура выполняют ту же самую задачу — регулируют сердечный ритм. И в итоге всё опять сводится к мобилизации и торможению, — двум силам, которые то учащают, то урежают биение сердца. А выделение двух контуров нужно, чтобы определить два типа задач: регуляцию внутренних органов и взаимодействие с внешней средой.

Вот так я это изобразил на схеме, а более детально описал здесь, и там же есть ссылка на описание, данное самим Баевским — человеком, открывшим эту двухконтурную модель регуляции сердечного ритма.

Но если кратко и ближе к практике, то в волновой структуре сердечного ритма эта модель раскладывается на три диапазона волн, являющихся результатом приложения трёх сил.

Автономный контур

  • Волны длительностью 2.5–6.5 секунд — торможение
  • Волны длительностью 6.5–25 секунд — мобилизация

Центральный контур

  • Волны длительностью 25–333 секунды — главным образом мобилизация. Но самое главное, что эти волны усиливаются, когда автономный контур не справляется со своими функциями и включаются резервные механизмы регуляции. Кстати, в конце моей статьи Я есть! А что об этом скажет сердце? показан пример, где человек живёт на одних резервах.

Ну что же, если понятен и этот третий шаг, то у вас в голове произошла закладка теоретического фундамента метода ВСР. Причём если первые два правила понимают все исследователи сердечного ритма, то про третье мало кто знает, хотя оно описано в отечественных методических рекомендациях. Кто мне не верит, пусть возьмёт первую попавшуюся сотню научных работ, где используется ВСР и попробует в них найти хоть малюсенькое упоминание о двухконтурной биокибернетической модели Баевского.

Скорее всего, он везде найдёт ссылки на работы Баевского и везде будут упоминаться индексы Баевского, то есть интегральные показатели, которые Баевский предложил использовать для донозологических исследований — выявления состояний на грани нормы и патологии. Но эти показатели абсолютно не пригодны для анализа тонких процессов в психике, хотя мне попадались научные работы, где их использовали и для этого. Но найти отсылку на двухконтурную модель будет сложно. А там, где она будет, всё равно пойдёт речь исключительно о её физиологической трактовке, а не о том, что это ключ к пониманию, как человек взаимодействует со средой, а это взаимодействие не исчерпывается физиологическими проявлениями. В общем, это ещё один парадокс, связанный с методом ВСР. Важнейшее открытие оказалось непонятым. Почему так произошло, объясню немного ниже.

Кстати, рассказывая о фундаменте ВСР, я не стал делать обзор методов математического анализа! Я это сделал сознательно, так как математика тут играет роль лишь инструмента, позволяющего измерить ту или иную характеристику ритма сердца, и никакой самостоятельной смысловой нагрузки не несёт. Смысловое значение появляется лишь в рамках того или иного теоретического подхода. И вот тут и находится камень преткновения, который, по сути, является вещим камнем на развилке дорог.

Как можно интерпретировать вариабельность сердечного ритма?

Существует множество вариантов, как можно интерпретировать сердечный ритм, но на практике обычно всё сводится к поиску физиологического смысла. И это создаёт проблему: стремление найти в ритме сердца сугубо физиологический смысл является тем препятствием, которое не смогло преодолеть большинство исследователей ВСР, и самое фундаментальное открытие оказалось задвинутым в сторону. Я имею в виду двухконтурную модель регуляции сердечного ритма по Баевскому.

Дело в том, что это АБСТРАКТНАЯ модель! И именно в этом её ценность.

Да, эта абстрактная модель имеет физиологическое толкование. Если совсем кратко: в автономный контур входит автономная нервная система, а в центральный — центральная нервная система с эндокринной системой. И тут как раз и зарыта ловушка для ума. Светский ум боготворит классическую науку. А классическая наука основана на физике, то есть на сугубо материалистическом описании любого исследуемого явления. И тут ум попадает в ловушку. Он успокаивается, когда получает ясное материалистическое объяснение (в данном случае — физиологический смысл) и перестаёт искать более тонкие смыслы. А чтобы найти эти новые тонкие смыслы, нужно перестать искать физиологический смысл. То есть, по сути, нужно перестать делать то, чем занимается большинство научных исследователей.

Чтобы двигаться дальше, нужно следовать завету Владимира Ильича Ленина. Вспомним, чему учил Ленин. Вот эта гениальная формула: «От живого созерцания к абстрактному мышлению и от него к практике» (Т. 29. С. 152—153 http://uaio.ru/vil/29.htm).

Неужели никто, кроме меня, не понял, что Ленин прямо говорит о важности светских созерцательных практик и… умению интерпретировать сердечный ритм в рамках абстрактной двухконтурной модели?.. А уже только потом начинать искать во всём этом практический смысл.

Но теперь, когда я всем открыл глаза на то, что Ленин, когда громил эмпириокритицизм, погрязший в «чистом опыте», на самом деле указывал на необходимость синтеза медитации и ВСР… надеюсь, мне простится моя вольность в интерпретации слов классика. Я же для благого дела… юродствую…

Но если серьёзно, я очень хочу достучаться до читателей и донести мысль, что следующим важным этапом анализа ритмограммы, после визуального анализа, является задача воспринять её как абстрактный процесс и очистить своё восприятие от любой попытки ума свести всё к физиологии. Нужно достичь состояния пустоты, удалив из ума все привычные мысли о физиологической природе сердечного ритма, чтобы в образовавшийся вакуум смогли устремиться новые мысли. И только так, пульсируя от наполненности знаниями к опустошению ума от только что обретенного багажа, нужно двигаться по пути познания многомерной истины, оставившей след в ритме сердца.

Зачем от живого созерцания переходить к абстрактному мышлению, почему нельзя сразу перейти к практике?

Можно, конечно, обойтись и без абстрактного мышления, тем более что это сэкономит умственную энергию, к чему, собственно говоря, и призывал Рихард Авенариус, основоположник эмпириокритицизма, но, к сожалению, приведёт к шаблонному результату. И апофеозом такого стремления к практичности и экономии умственных усилий являются различные компьютерные программы, записывающие биологический сигнал, автоматически его анализирующие и выдающие готовые заключения и рекомендации. В принципе, это господствующая тенденция в современном мире — везде, где можно, убрать человека думающего и заменить его на пользователя, способного выполнять указания искусственного интеллекта.

Но я пошёл другим путём: я выбрал интеграцию научных и творческих способов познания. А творческий способ познания связан с абстрактным мышлением. Речь идёт не только о строгом математическом абстрагировании, к которому относится модель Баевского, есть и другие формы, в частности, образное мышление, которое может быть вообще поэтическим. Плюс существует и образно-символическое мышление. И я предлагаю использовать все три способа абстрагирования при анализе ритма сердца.

Образное описание я уже продемонстрировал, когда запись сердечного ритма представил в виде периодов шквала и затишья. Самое удивительное, что подобный ненаучный подход во многих случаях позволяет заметить важные изменения в сердечном ритме, которые далеко не всегда можно обнаружить с помощью математического анализа. Дело в том, что любой математический алгоритм, которой можно использовать для анализа сердечного ритма, разрушает внутреннюю целостность ритма ради выявления той или иной внутренней закономерности, но при этом уходит в тень множество других важных характеристик.

Гораздо эффективнее использовать комбинированный подход: сначала ухватить наиболее важную суть в виде образа, а уже потом решать, какой именно метод математического анализа сможет выразить эту суть в виде цифры. Мне нравится думать о сердечном ритме, как о состоянии моря. Возможно, кто-то увидит в нём облака, полёт птицы или будет его воспринимать как почерк, как росчерк пера, поставленный самим сердцем.

И если даже возникший образ не приведёт сразу к открытию цепочки новых смыслов, тем не менее, рассматривая разные записи ритма одного и того же человека, важно отслеживать, не меняется ли почерк сердца. Любое изменение почерка сердца указывает на изменение внутреннего состояния, причём далеко не всегда это изменение отслеживается сознанием человека, а при этом оно может быть важным, и степень важности как раз и можно оценить по тому, насколько сильно изменился почерк. В прошлой статье я приводил пример выпадения в состояние транса, оставшееся незамеченным человеком. Причём выпадение из реальности — это достаточно частое явление. К примеру, многие ДТП как раз и происходят по причине трансового состояния (отсутствия активного внимания) у водителя, незамеченного его сознанием. Поэтому контроль ВСР очень полезен во время любого тренинга на внимательность.

Я выделяю простое образное описание сердечного ритма и образно-символическое как два разных вида. Простое образное восприятие — например, умение увидеть в сердечном ритме морской шквал — включает правое полушарие мозга и позволяет выразить суть в виде целостной картины. И это важно! Так как любой вид анализа — это всегда редуцирование, препарирование, шинкование, и, если его не уравновешивать целостным подходом, это приводит к ощущению потери смысла. Собственно говоря, это и есть основная проблема начинающих изучать сердечный ритм: за деревьями они перестают видеть лес.

Но если образы являются продуктом лишь творческого воображения, то символы, которые также восходят к образам, при этом ещё несут и дополнительный смысл. При исследовании сердечного ритма представляет интерес образно-символические системы, сложившиеся в доиндустриальную эпоху в традиционной культуре. И тут есть связь с медитаций.

Традиционные культуры породили множество образно-символических систем для описания как внутренних структур человека, так и вообще всего мироустройства, и эта символика, которая используется в разных школах традиционной медитации, стала творческой пищей и для создания методик светской медитации. Причём ещё за полвека до появления светской медитации в психологии уже произошло осознание, что все те архаичные предрассудки, над которыми насмехались люди эпохи Просвещения, на самом деле являются выражением весьма глубинных слоёв психики. И если мы хотим разобраться в том, как мы мыслим, чувствуем, принимаем решения и что вообще управляет нашими жизненными стремлениями, ответы нужно искать именно в архаичных способах восприятия и описания мира. В психологии наибольший вклад в этом направлении внёс Карл Юнг, создавший теорию архетипов. В общем, светская медитация не была пионером в деле интеграции продуктов традиционной культуры в европейскую культуру, а скорее стала ещё одним направлением для синтеза культур.

Понятно, что современному человеку трудно принять архаичные способы познания мира с той же искренностью, как это делали предки. Мы в любом случае ищем точку соприкосновения между естественнонаучными, мистическими и творческими способами познания, но чаще пока вынуждены довольствоваться идеей, что это разные ракурсы зрения на реальность и что у нас ещё недостаточно «снимков» реальности, чтобы суметь синтезировать объёмную картинку. Тем более, что тут нельзя в полной уверенности сказать, где снимок «реальности», а где «нереальности» и в чём вообще состоит разница между «реальностью» и «нереальностью», если они весьма реально взаимодействуют.

Союз медитации и ВСР

И тут союз светской медитации и метода ВСР прокладывает мост между этими зеркалами, создавая целостную картину. Дело в том, что не только светская медитация черпает вдохновение в мистериях востока и европейского средневековья. Метод ВСР тоже возник не на пустом месте и является следующим шагом в развитии архаичных техник пульсовой диагностики, где результаты анализа выражались в рамках образно-символических систем. И когда мы делаем опору на абстрактное математическое описание тех сил, которые управляют взаимодействием человека и внешнего мира и регулируют сердечный ритм, чтобы обеспечить энергетический баланс этого взаимодействия, то мы получаем возможность трактовать эту абстракцию как в рамках научных понятий, так и в рамках терминологии различных традиционных культур.

Начну с самого простого, при этом самого важного примера: анализ в сердечном ритме влияния мужского и женского начала. Образно-символическое деление на мужское и женское начало, которое возникло ещё в традиционном обществе (скорее даже в первобытном), в современном обществе превратилось в абстрактный бинарный принцип классификации любых явлений. В частности, на этом построена диалектика, причём как диалектика Гегеля, так и диалектический материализм. При этом и само деление на мужское и женское начало нашло признание в психологии. Отец психоанализа Зигмунд Фрейд в своём «Введении в психоанализ» написал: «Соотношение мужского и женского, сочетающегося в отдельном индивидууме, подвержено весьма значительным колебаниям».

А теперь, вооружившись методом ВСР, мы можем измерить это соотношение и задокументировать, как происходят колебания этих сил. Сама идея, что по ритму сердца можно оценить баланс мужского и женского, давно получила признание в научном мире. Правда, с некоторыми смешными оговорками. Я всю эту историю описал и даже немного поиздевался над учёными мужами в статье Динамический анализ ритма сердца и зигзагов судьбы в рамках биокибернетики, аюрведы, тибетской и китайской медицины в вот этой её части: ВСР и Инь-Ян. И в будущем я планирую к этой теме возвращаться снова, так как эволюция представлений о базовом бинарном принципе, лежащем в основе всего сущего, является предметом моего особо пристального интереса, и в моих черновиках лежит много материалов. В частности, история величественной драмы, происходившей во времена китайской Великой пролетарской культурной революции, в пламени которой погибло многое и многие, но зато произошло сплавление ценностей традиции и индустриального общества. Параллель между основополагающей категорией даосской философии — принципом инь-ян и законами диалектики — очевидна. И это стало одним из важных факторов для признания традиционной китайской медицины коммунистической партией Китая.

Но сегодня я ограничусь самим фактом, что колебания этой пары сил формируют вариабельность сердечного ритма и это позволяет интерпретировать любое состояние сердечного ритма в рамках любых бинарных подходов из любых парадигм. Такие понятия, как вегетативный баланс, инь-ян, мужское и женское начало в психологии — это разные понятия. Даже в психоанализе Фрейда и аналитической психологии Юнга они разные. Но в ритме сердца они отражаются совершенно одинаково. Все отличия заключаются исключительно в смысловых интерпретациях, возникающих уже в рамках той или иной теории.

Ну что же. Давайте снова вернёмся к нашим двум записям сердечного ритма и изучим в них динамику мужских и женских влияний. В первой записи, так как она стационарна, то на протяжении всех пяти минут соотношение влияния мужского и женского не меняется и составляет LF/HF=0.342, то есть женских энергий больше, чем мужских, в три раза.

При этом в момент раздражения, шквал, рождённый мужской энергией, привёл к 40-кратному изменению этого баланса и 200-кратному увеличение самой мужской стихии. Но самое удивительное, что когда этот шквал утих, то сила женских энергий мгновенно вернулась на первоначальный уровень. Если образно описать этот процесс, как диалог между мужчиной и женщиной, то это будет выглядеть как проявление ярости мужчины при полном игнорировании его выпада партнёршей. Вот согласитесь, что в виде образного описания эта динамика становится более понятной, чем в рамках физиологической интерпретации в виде вагусного и симпатического влияния.

Ещё я хочу обратить внимание на то, что, изучая этот одиночный частный случай реакции на музыкальное произведение, мы можем рассматривать его не только как специфическую реакцию на данную конкретную музыку (это мы ещё сделаем), а как неспецифическую адаптационную реакцию. То есть можем рассматривать это как выражение типа взаимоотношений человека с внешним миром. И если быть конкретным, то мне известно, что у этой женщины были проблемы как во взаимоотношениях со своим партнёром мужчиной, так и с женским здоровьем. Рано начав половую жизнь, она заработала инфекционные заболевания мочевого пузыря и почек, перешедшие в хроническую форму, многократные попытки забеременеть не увенчались успехом.

Естественно, что, глядя на сердечный ритм, невозможно диагностировать заболевания и предсказать неудачи в партнёрских отношениях. Но, в принципе, можно с очень большой степенью уверенности предположить, что такой странный диалог между мужским и женским началами указывает на серьёзные проблемы в жизни. А как именно они реализуется, в принципе, тоже можно предположить, анализируя сердечный ритм, только для этого нужно больше конкретики, в частности, можно провести различные нагрузочные пробы.

Что это за музыка?..

Пора рассказать, что это была за музыка, которая вызвала столь сильный шквал мужских энергий и игнорирование со стороны женских. Эта запись сердечного ритма была сделана во время прослушивания женщиной записи тибетских поющих чаш. Я дал ей послушать композицию Chakra Chants в исполнении Джонатана Голдмена. По замыслу автора, прослушивание его музыкального альбома гармонизирует чакры. Но, судя по реакции сердца, что-то явно пошло не так.

Тут нужно сделать несколько уточнений.

Чакры не имеют естественнонаучного объяснения, как в прочем очень многие понятия, причём не только эзотерические, но и самые обычные. Например, возьмём такое понятие, как «слово». Словом можно как убить, так и исцелить, то есть получить весьма материальный результат. Но мы же не можем удовлетвориться физическим объяснением, будто слово — это звуковые колебания, тем более что слово может существовать и в виде надписи, или компьютерного файла, то есть его воздействие на людей никак не сводится к какому-либо естественнонаучному определению и материальной форме.

Так и с понятием чакры. Это эзотерическое понятие, не имеющее естественнонаучного объяснения, но, в принципе, частично может иметь психологическое. Светская культура ведь признаёт связь психического и телесного. Признаёт и то, что всё, что с нами происходит и значимо для нас, сопровождается телесными ощущениями. Поэтому достаточно легко допустить, что и такие важные семь сфер жизни, как выживание, сексуальность, воля, любовь, мастерство, мудрость, идеалы (святыни), при актуализации переживаются в том числе и телесно. Я свёл описание каждой чакры буквально к одному слову.

А самое толковое описание чакр я нашёл в книге Авессалома Подводного «Возвращенный оккультизм, или Повесть о тонкой семерке». Вот прямая ссылка на 8 главу: Тела и чакры, а также Телесные крокодилы.
Очень рекомендую. В конце 90-х годов эта книга вытащила меня из весьма сильного личностного кризиса. Так вот, медитация на чакры и тонкие тела (это тесно связанные понятия из одной системы) проникла уже и в техники светской медитации. Но в нашем примере мы исследуем реакцию сердца не во время медитации на чакру, а как реакцию на внешнее воздействие на чакру с помощью звука. Надеюсь, все читатели, даже самые ярые приверженцы светской культуры спокойно воспринимают мысль, что музыка может пробудить разные сферы жизни. Например, сексуальность. Яростный шквал во второй записи сердечного ритма как раз и был реакцией на тибетскую чашу, пробуждающую сексуальную чакру.

Кстати, во всех опытах, что я проводил с воздействием на людей звучания Chakra Chants, я всегда наблюдал проявление сильной стрессовой реакции именно во время активации той чакры, которая является каналом к проблемной сфере жизни этого человека. Причём в повторных опытах, иногда даже спустя несколько лет, характер реакции сердечного ритма сохранялся. И это при том, что сам ритм сердца весьма вариабелен и цифровые показатели могли скакать весьма существенно, но тип адаптационной реакции не менялся.

Я всего лишь один раз зафиксировал ситуацию, когда тип реакции изменился. Это было исследование, проведенное совместно с моей супругой. В течение нескольких лет мы фиксировали у неё просто обвальное падение вариабельности сердечного ритма при активации горловой чакры. А через год, после того как она возобновила занятия вокалом, которым не занималась с юности, и начала изучать китайский язык, провал в энергетике горловой чакры исчез.

В общем, мои эксперименты убедили меня в том, что запись альбома поющих тибетских чаш в исполнении Джонатана Голдмена вполне можно использовать в качестве нагрузочной пробы для диагностики чакр. Конечно, он сам этот альбом позиционирует как предназначенный для гармонизации чакр. Возможно, если прослушивание сопровождать медитацией на чакрах и проводить эту медитацию регулярно, то, наверное, так и будет. Но одиночное прослушивание приводит именно к провокации проблем в чакрах.

Кстати, именно о подобной стрессовой реакции пишет Анастасия Гостева, в статье В чем отличие практики внимательности от mindfulness meditation: «Как показывает мой опыт, когда люди знакомятся на семинарах по практике внимательности с концепцией тонких тел, а главное – со своими собственными тонкими телами, находят их границы, ощущают их, понимают, с каким телом связаны их проблемы со здоровьем, а с каким – проблемы в отношениях, они гораздо более мотивированы интегрировать практику в повседневную жизнь».

Ещё раз вставляю примечание! Тонкие тела и чакры — это понятия из одной системы. Ссылку на описание того, как они связаны, я привёл чуть выше.

Итак. Анастасия пишет о том, что медитация на тонкие тела помогает осознать проблему, которую потом приходится решать уже непосредственно в самой жизни. Этот подход похож на то, что я получал с чашами. И медитации и тибетские чаши выявляют скрытые проблемы. Отличие состоит в том, что во время медитации человеку предлагается отследить в самом себе активацию проблемной сферы, а мой подход основан на выявлении проблемы уже на стадии анализа записи сердечного ритма. Но можно же и соединить оба подхода и диагностировать проблему как во время медитации, так и во время «медитации» над записью сердечного ритма. Во втором случае я взял медитацию в кавычки, но, по сути, созерцание записи сердечного ритма можно рассматривать как одну из медитативных практик. Собственно говоря, с этой мысли я и начал статью.

Пока я ещё не проводил исследований того, как меняется сердечный ритм при медитации на тонкие тела и чакры, надеюсь, что эта статья привлечёт желающих это попробовать, а возможно и комбинировать работу с чашами и медитацией. Да и вообще внедрить запись сердечного ритма в абсолютно любую медитацию. Предлагаю всем, в ком я пробудил интерес к этой идее, выйти на связь со мной.

Что даёт синтез медитации и ВСР?

Как я уже кратко заявил в начале статьи: я считаю, что этот союз изменит и медитацию и метод ВСР. Дело тут в следующем:

Соединение субъективного и объективного метода познания

Примечание. Для людей, выросших в естественнонаучной парадигме слово «субъективный» стало синонимом «сомнительный», причём, к моему очень большому удивлению, даже среди людей, занимающихся восточными практиками и даже медитаций!!!, я весьма часто обнаруживаю тех, кто его воспринимают так же. Поэтому я вынужден сделать акцент на этой, казалось бы, самоочевидной мысли: возвеличивание объективного метода познания и принижение субъективного — это пережиток уже ушедшей индустриальной эпохи. Сейчас мы живём в информационную эпоху.

Итак. Медитация является субъективным способом познания, а метод ВСР — объективным. А соединение медитации и ВСР — это соединение субъективного и объективного методов познания. И это хорошо!

При этом и сама медитация трансформируется. Пока сутью медитации было познание умом самого себя, то это был сугубо субъективный процесс, так как объект познания совпадал с познающим субъектом.

А когда после окончания медитации медитирующий открывает только что сделанную запись сердечного ритма и уже медитирует над ней, то объектом медитации становится внешний объект — график сердечного ритма. Причём если свежесть впечатления от медитации постепенно угасает, то к записи сердечного ритма можно вернуться сколько угодно раз.

При этом внедрение созерцательных практик в анализ сердечного ритма меняет и сам метод ВСР, он перестаёт быть сугубо объективным и обогащается субъективным способом познания. В новой форме ему возвращается субъективность, присущая архаичной пальпаторной пульсовой диагностике. Ведь, несмотря на то что принципы пальпаторной диагностики могут быть описаны в виде ясных логических правил, тем не менее, сам факт, что пульс ощущает человек, вносит существенную долю субъективности, и результат диагностики зависит от мастерства человека, и это мастерство невозможно свести к сухому алгоритму, так как это субъективный опыт. Метод ВСР, являясь следующим эволюционным шагом развития пульсовой диагностики, был лишён этой субъективности, так как запись сердечного ритма стал осуществлять прибор, а анализ основываться исключительно на алгоритмах. Медитация над записью сердечного ритма — это возвращение субъективности, утраченной во время этого эволюционного скачка.

То есть союз медитации и ВСР дополнительно трансформирует и медитацию и ВСР. Медитация обогащается объективным методом познания, а ВСР — субъективным.

Мост между парадигмами

Абстрактная модель регуляции сердечного ритма является связующим мостом между разными парадигмами. Мы не можем в рамках естествознания описать категории восточной философии, более того, мы не можем напрямую сопоставить даже такие, казалось бы, близкие образно-символические системы, как индоевропейские первоэлементы (эфир, воздух, огонь, вода, земля) и китайскую систему У-син (дерево, огонь, земля, метал, вода), но мы можем их все спроецировать на абстрактную биокибернетическую модель Баевского. Правда, она в этот момент перестаёт быть биокибернетической и превращается в чистую абстракцию — бинарную схему, вложенную в бинарную схему. Системное видение, полностью очищенное (пустотное) от какой-либо конкретики, становится мостом между парадигмами. Этот мост открывает путь для интенсивного обмена опытом между любыми медитативными практиками, рожденными в изолированных друг от друга системах.

Новое средство коммуникации

Запись сердечного ритма можно рассматривать как послание. Послание другому человеку и послание самому себе. Если обычная медитация после её окончания оставляет лишь след в памяти самого медитирующего человека, и этот след постепенно растворяется, то запись сердечного ритма — это тоже след, энергетический след, оставляемый медитацией на ритмограмме. И он может быть как бесконечно долго сохранён, так и отправлен в качестве послания другому человеку или даже опубликован публично, чтобы с этим посланием могло познакомиться множество людей. Эта революция в медитации подобна изобретению письменности. И как изобретение письменности кардинально изменило мир, так и внедрение ВСР в медитацию даёт огромный толчок для её развития, поскольку любой медитативный опыт теперь может быть мгновенно стать коллективным опытом. Это закладывает фундамент для новой парадигмы, вмещающий весь предыдущий опыт познания, накопленный цивилизацией. Эта революция привёдет человечество к новым высотам понимания ума. Если, конечно, человечество будет медитировать, а не экономить мысленную энергию, став добровольными рабами искусственного интеллекта.

А возможно, человечество разделится на две ветви — «homo meditans» и «homo digitalis». Хотя… эволюция всегда в итоге оставляет в живых только одну ветвь человечества, так что предстоит битва между людьми мыслящими и цифровыми рабами — между двумя тенденциями развития человечества. И каждому из нас всё равно предстоит сделать выбор, с кем и куда ему идти.

Комментарии:

Очень интересное изложение сложного материала
Игорь:
С большим удовольствием ознакомился с новой статьей. Она, как и предыдущая позволяет по новому взглянуть на возможности анализа ВСР…
Однако то, что автор называет «Медитация: здравствуй, сердце!», как мне кажется - является больше отражением его собственного многолетнего опыта изучения ВСР. То есть, после проведения нескольких тысяч анализов ВСР автор приобрел уникальный навык уже по структуре ритмограммы предвидеть конкретные данные и результаты анализа ВСР. (Аналогично в прошлом веке некоторые «мастера» умели быстро «на глазок» настраивать электронную аппаратуру так, что все её параметры, измеренные потом приборами, находились в заданных пределах.) Спасибо за его стремление поделиться своим ценным опытом.
15.01.2021 04:21
с удовольствием ознакомилась со статьёй
Nataaly:
прочитала. ну сильно отличается от твоих предыдущих статей. на мой вкус - стало гораздо более доходчиво и как будто доступнее по подаче материала. мне очень понравилось. ну и есть мысли которые я у тебя слышала в устных диалогах, а здесь они как-будто впервые озвучены довольно так весомо. свободно так написано).
14.01.2021 08:46